Стать «человеком года» и не сдаваться. Алеся Цумарева об инклюзивности в Беларуси, семье и «Территории людей»

11 февраля 2019 в 11:22
Плюсануть
Поделиться
Отправить
Класснуть

«В Америке очень часто встречаются учителя на коляске. Сколько их видели у нас? Если у них только ноги не двигаются, а мозговая деятельность такая же, то почему мы сами делаем так, что, мол, ты такой особенный, сиди и всё? Если каждый изменит свое отношение к людям с инвалидностью, тогда и начнутся перемены».

Сильная, умная, обаятельная и с чувством юмора – всё это о женщине с настоящим славянским именем − Алесе Цумаревой. В январе ей была присвоена премия «Человек года», и вполне заслуженно. Она открыла творческий центр «Территория людей», где люди с инвалидностью могут посещать творческие мастер-классы, обучаться основам визажа и даже SMM. При центре работает сувенирная лавка, в которой продаются hand-made сувениры, изготовленные людьми с инвалидностью со всей Беларуси. Это делает проект социально значимым не только для Могилёва, но и для всей республики. И полученная им награда «Лучший социальный проект» — тому подтверждение.

Алеся, в последнее время вокруг Вас сосредоточено особое внимание СМИ. Как Вы к этому относитесь? Не устали? Отслеживаете новости с Вашим участием?
Как маркетолог я скажу так: если о тебе говорят – это хорошо. А если ты что-то делаешь, и о тебе ничего не видно и не слышно – значит это просто никому не надо. Или таких, как ты, – тысячи. Чем больше людей узнают об этом проекте, тем популярнее становится магазин.
Как маркетолог я скажу так: если о тебе говорят – это хорошо

Я ещё ни одного объявления не дала о том, что ищу поставщиков. Они сами находят меня через различные СМИ. Информацию, конечно же, отслеживаю. Есть даже журналы, где о нас писали, например − МЧС, «Индустрия красоты». Дело в том, что я хотела сделать здесь нетрадиционную Студию красоты для девушек с инвалидностью и в конечном итоге провести среди них первый конкурс красоты. Но мы столкнулись с тем, что трудно найти девушек, которые хотели бы принять участие. Это такой постсоветский синдром, мол, я не такой, как все и лучше буду тихо сидеть, чтобы обо мне никто не знал. Я и сама такая была до 35 лет, пока не встретила своего второго мужа.

Love story

После развода у меня было 100500 первых свиданий и ни одного продолжения. Мужчины не любят проблем. А тут − женщина с проблемами... И почти все говорили: «ты извини, давай будем друзьями». Долгое время в моей анкете не было указано, что у меня инвалидность. Я старалась прийти первой на свидание и сесть так, чтобы этого не было заметно. На вопросы отвечать односложно, чтобы не было слышно особенностей речи. Но всё равно ведь заметно! Иллюзии иллюзиями...
Долгое время в моей анкете не было указано, что у меня инвалидность

И вот, после Ника Вуйчича я приехала злая, удалила анкету на сайте знакомств и завела новую страницу, где жирными буквами написала о том, что у меня инвалидность и есть ребенок. На сайтах знакомств разные люди сидят, даже женатые. Много кто писал, но после множества свиданий я научилась фильтровать. Кто-то даже писал, зачем ты сюда залезла и тому подобные гадости. Единичные случаи, когда откликались адекватные люди. Но пока всё прочтёшь, всем ответишь...

Сообщение Сергея я увидела где-то спустя неделю. Он был онлайн и тут же мне ответил. Перекинувшись парой фраз, он мне написал: «Я думаю, мы будем идеальной парой». А это уже недели две прошло с тех пор, как у меня появилась новая анкета. И тут я ему и выдала, что у меня было 14 операций, что у меня проблемы с речью...а он мне такой: «Ты много пишешь. Давай телефон».
И мы созвонились, потом 8 мая встретились. И больше не расставались.

И мы созвонились, потом 8 мая встретились. И больше не расставались. Может, надо было сразу говорить правду? (Улыбается). У моего мужа есть девиз: «Жизнь короткая. Нужно спешить делать добро». Он приходит сюда после завода, по выходным. В принципе, ремонт здесь мы делали практически вдвоём. Я научилась красить, разбираюсь теперь в электрике.

Выходит, Вас подняла любовь, поддержка и вера в Вас близкого человека. Насколько мне известно, Ваши родители тоже не сдавались и любили Вас. А теперь Вы сами являетесь вдохновителем и надеждой многих людей. Только ли любовь Вами движет, или есть другие источники вдохновения?
Ещё один вдохновитель – это мой сын Валентин. В марте ему будет 12 лет. Любой нормальный родитель хочет быть для ребёнка примером, чтобы он им гордился. Пока я была в декрете, чего только не начиталась о том, что раз у меня специфическая речь, то и мой ребёнок будет плохо разговаривать. И тут я сразу же давай разбираться в методиках обучения...
Любой нормальный родитель хочет быть для ребёнка примером, чтобы он им гордился

С 10 месяцев начала читать ему сказки. В итоге, он в полтора года заговорил сложноподчинёнными предложениями, а в школу пошёл уже умея читать по слогам. Если внешне он похож на отца, то характер у него, все считают, мой. Иногда я ему даже говорю: «Валентин, тебя слишком много!» (Улыбается). Моя семья – моё вдохновение. Если все вместе, сплочённые, то и 50 соток картошки выкопать легче.

По информации в соцсетях видно, что Вы – человек творческий. Какие у Вас были мечты и идеи в плане самореализации? Чему ещё обучались, кроме истфака и библиотечного дела?
Ну, кроме этого я ещё и сертифицированный визажист. Ещё я успела получить переквалификацию на маркетолога международного уровня, очень много курсов закончила по бизнес тематике. Большую роль для меня сыграла бизнес-школа ИПМ. В то время, как подавали заявку на конкурс, мы арендовали маленький закуточек в 36 квадратов на Пушкинском. Там планировалось только продавать сувенирку и составлять электронную базу данных тех, кому нужна работа.
Мы арендовали маленький закуточек в 36 квадратов на Пушкинском

Но на протяжении всего конкурса с нами работали ведущие международные маркетологи, рекламодатели, презентаторы. Это помогло сделать социальный проект бизнес-проектом. Да, со всеми вложениями по расчёту бизнес-плана магазин выйдет на чистую прибыль только через два года. Если не считать, сколько сил вложено, то я считаю, это неплохо для начинающего бизнеса.

С открытием центра, как известно, было много трудностей, которые Вы успешно преодолели. С какими сложностями приходится сталкиваться сейчас, спустя полгода после открытия?
Ну, сложности конечно же есть и будут, пока у нас не появятся законодательные изменения. Вот, например, есть мамы, которые сидят дома с ребёнком потому, что у него тяжёлая форма инвалидности. Но если они оформят ремесленничество, пособие у них снимут. А никакой гарантии нет, что за месяц у них появится прибыль и она будет больше пособия. Но ведь они бы могли дополнительно зарабатывать на какую шоколадку, пачку питания или подгузники ребёнку...
Если человек с инвалидностью не работает – раз в два года он может оздоровиться бесплатно

Очень много таких дырок. Или, например, у меня есть бизнес-обучение, но теперь я не могу стать в очередь на оздоровление как инвалид, потому что ДЦП не лечится на бесплатной основе после 18 лет. Теперь я имею право на оздоровление только за собственные средства. А если человек с инвалидностью не работает – раз в два года он может оздоровиться бесплатно.

Что изменилось в Вашей жизни после открытия «Территории людей»?
Выходных нет теперь. Со дня открытия только 1 февраля я сделала себе выходной − воскресенье. А так – работала вообще без выходных. Нужно наблюдать за тем, когда идёт поток людей. Опять же, когда сделать себе выходной, а когда работать − это маркетинг.
А на что бы Вы потратили свободное время, если бы оно у Вас появилось?
На семью. На Валентина. У нас вот, например, уже давно есть традиция, которая называется «День пижамного мальчика». В этот день мы ходим в пижамах. В постели с мороженым, с ноутбуком или по телевизору смотрим длинные мультики. Иногда даже можем сделать выпечку. Валентин любит покулинарить. И вообще, мальчишки у меня молодцы. Так как у меня вообще нет времени – готовит муж. Тем более, с моими особенностями я это делаю медленно.
В этом году впервые премию городского магистрата получила женщина, и эта женщины – Вы. Как Вам удаётся быть и женой, и мамой, и директором центра? Поделитесь, в чем секрет? Как Вы всё успеваете?
Планирование и распределение времени. Когда живешь в определенном темпе, то стараешься корректировать приоритеты. Тепличные растения просто откладывают на завтра. Но если я не буду ничего делать сегодня, то центр загнётся через полгода. «Ну, откроет его кто-то другой. Ну, не сейчас. Подожду, пока у нас законодательно станет проще и социальному бизнесу будет выделяться поддержка и финансирование», − но до этого же ещё нужно жить и жить...
Когда живешь в определенном темпе, то стараешься корректировать приоритеты
Можете поделиться, если не секрет, есть ли у Вас ещё какие-нибудь проекты в стадии разработки?
Честно говоря, я еще не знаю, во что это выльется. Ведь изначально бизнес-идея для конкурса была в открытии сувенирной лавки с историями, потому что за каждым сувениром следует история автора. У меня на прилавках есть вязаные вещи, которые вяжет девушка с двухсторонним ДЦП. У меня – односторонний, но там – две таких руки, как у меня левая, и она вяжет на спицах! Когда ты не имеешь особенностей по здоровью, то многие вещи становятся тебе обыденными. Например, дождь, не хочу на работу по слякоти идти, и начинаешь себя жалеть... Но когда ты видишь эту вещь, и что человек, не смотря ни на что, работает – у тебя появляется мотивация.
Когда ты видишь эту вещь и что человек, не смотря ни на что, работает – у тебя появляется мотивация

Как я уже оговорилась, в проекте — студия красоты. Но пока молодые девушки остаются в тени, возможно, это будет клуб для женщин бальзаковского возраста. Или, например, я даже не думала, что у меня будут курсы швейного мастерства. А они открылись. Если взять мастер-классы, то планировалось проводить их для взрослых людей с инвалидностью, но тут ко мне стали приходить родители с детьми. Теперь каждую субботу у нас детские мастер-классы. Поэтому, не знаю. Просто слежу за тем, на что есть спрос, что я могу сделать, чтобы облегчить боль человека.

А эти мастер-классы, которые вы проводите, для детей с инвалидностью?
Есть две формы инвалидности. Одна физическая, другая умственная. И сейчас у нас детки без инвалидности, но они не успевают за тем темпом, в котором работают их сверстники. Им нужно подождать, они теряют интерес. Но скоро у нас сформируются группы и для детей с инвалидностью. Нужно понимать, что дети ещё не понимают особенностей со здоровьем. «Это Ваня и у него болит ножка», − ну, болит и болит. Но у ребенка нет осознания того, что он ходит медленней. Как он ходит медленно, если я хожу быстро? Нужно в семьях разговаривать о том, что есть и такие люди.
Что, на Ваш взгляд, нужно делать нашему обществу, чтобы о развитии инклюзивности говорили не только в преддверии 3 декабря?
На самом деле, в нашей стране, в основном, инклюзивность пока только на бумаге. Многие из людей с инвалидностью хотят, чтобы условия и возможности для них были как в Европе. Но в Европе такие люди не сидят, они работают. Если ты вообще не можешь работать – ты не получаешь пособие по инвалидности. Ты получаешь пособие по безработице.
Надо что-то ломать, если мы хотим, чтобы было как в Европе

У нас же многие люди с инвалидностью живут в тепличных условиях. И пусть это и прозвучит жестоко, но надо что-то ломать, если мы хотим, чтобы было как в Европе. Даже начиная с учёбы и рабочих мест, которые создаются. Ну дайте вы человеку ответственность, чтобы он чувствовал себя нужным, таким же, как все! А общество ещё не готово принять это.

Вот в Америке очень часто встречаются учителя на коляске. Сколько их видели у нас? Если у них только ноги не двигаются, а мозговая деятельность такая же, то почему мы сами делаем так, что, мол, ты такой особенный, сиди и всё? Если каждый изменит свое отношение к людям с инвалидностью, тогда и начнутся перемены. Вот почему не посещают наши фестивали творчества здоровые люди? Они не видят, что мы не тепличные растения, хотя есть и такие. Но это как и в обществе в целом. Есть те, которые хотят работать и которые не хотят — и ищут тысячу оправданий.

Правда в том, что таких людей с инвалидностью, которые стараются ломать стереотипы и что-то делать – очень мало

Правда в том, что таких людей с инвалидностью, которые стараются ломать стереотипы и что-то делать – очень мало. Ну, правильно: зачем мне работать, если платят пособие? А те, которые ходят и побираются, честно говоря, меня вообще просто бесят. Если ты в состоянии ходить по остановкам, ну возьми ты листовки раздай и получи 10 рублей. А то ходят: «У меня мамы нет, у меня папы нет – дайте мне!». А мы и даём. Так зачем работать? Сами и испортили людей с инвалидностью.

Есть ли у Вас в планах переехать в другой город, или, может быть, в страну?
Только из-за моего ДЦП я хочу туда, где нет снега. Мне трудно ходить. Поехала бы в хоть какой «блабладжан», только бы снега не было. Я зимой хожу с тростью. С тремя ногами, может, меньше вероятность упасть, чем с двумя. (Смеётся).

Вероника Калакустова для vMogileve.by

Нашли опечатку? Выделите фрагмент текста с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter.

1 комментарий
mozhlena77
вчера в 09:38
Сила воли +характер ,вот это сила !Восхищаюсь такими людьми,они не знают ,что такое депрессия ))
Чтобы комментировать, .